![«Бульдозер-разрушитель или Строитель будущего?» Откровенное интервью с Нурданом Орунтаевым «Бульдозер-разрушитель или Строитель будущего?» Откровенное интервью с Нурданом Орунтаевым](/images/social/10700843.png)
Стоковые изображения от Depositphotos
Tazabek — Экономическое издание Tazabek подготовило интервью с главой Госстроя Нурданом Орунтаевым.
Широкой общественности он стал известен в бытность вице-мэром после публичной ссоры с депутатом Жогорку Кенеша Эльмурзой Сатыбалдиевым.
Также под его руководством в столице был снесен ряд известных заведений — точка фастфуда «Евразия», кафе «Батуми», «Шашлычная», «Ожак Кебап» и т.д. Некоторые акции заканчивались скандалом.
В первой части интервью Нурдан Орунтаев поделился с Tazabek моментами из его личной жизни — какой путь становления он прошел от следователя до руководителя градостроительной отрасли, с какими испытаниями пришлось ему столкнуться в жизни, какие ценности у него есть.
Жизненный путь
— Расскажите, как получилось так, что курсант Волгоградской академии МВД России, следователь решил попробовать себя совсем в другой отрасли. Как вы пришли в мэрию, с чего все началось?
— Если вкратце рассказать, то после окончания Волгоградской Академии России в 2011 году, я начал работать следователем в районном подразделении ГУВД города Бишкек, потом в ГУВД Чуйской области. В целом, стаж в системе МВД у меня более 10 лет.
Когда я был заместителем начальника управления по расследованию особо важных дел, часто приходилось сталкиваться с уголовными делами, связанными с мэрией города Бишкек в сфере строительства. Я имел дело с мошенническими действиями строительных компаний, либо отдельных лиц в сфере строительства. Кроме этого были уголовные дела по освоению бюджетных денежных средств.
Опыт работы в следственных органах дал мне понимание, как устроена система управления в целом в госучреждениях, а в частности, в столичной мэрии.
Так случилось, что в конце 2021 года (перед Новым годом) поступило предложение со стороны мэрии города Бишкек поработать начальником Департамента по управлению муниципального имущества.
Так как я все еще молод, мне сейчас всего 35 лет, а на тот момент мне было всего 33 года, то я решил попробовать и дал согласие. На этой должности я проработал около 8 месяцев.
С момента назначения директором данного управления, мне и нашей команде удалось решить такие вопросы, которые долгое время не решались. Мы стали активно пополнять местный бюджет, были подняты все арендные платежи, пересмотрены нормативно-правовые акты, которыми руководствовался департамент.
В августе 2022 года я был назначен заместителем мэра города Бишкек. На этой должности я также курировал те вопросы, с которыми раньше мне доводилось сталкиваться, то есть это непосредственно земельные участки на территории города Бишкек, земельные вопросы, вопросы индивидуального жилого строения и в целом именно блок, который отвечал за пополнение местного бюджета, то есть, по налоговым доходам. Проработал заместителем мэра больше года.
В ноябре 2023 года указом президента был назначен директором Госстроя.
Новая глава жизни
— Не трудно ли было перестроиться на совершенно другую сферу?
— Нет, не сложно было.
Я лично думаю, что наоборот, было намного сложнее работать именно в следственных органах, так как ноша следователя была очень тяжелой.
Мы там сталкивались непосредственно с судьбами людей, решали их судьбы. Это гораздо тяжелее, чем решать материальные вопросы.
— То есть решать вопросы предпринимателей легче, чем обычных людей?
— Да.
Свобода — самое дорогое, что есть у человека. Работая в структуре МВД приходилось решать, стоит ли лишить человека свободы или нет. Такое решение дается намного тяжелее.
В системе следственного органа совсем другая иерархия и совсем другая аура работы.
Служить отечеству, я считаю, можно по-всякому. Служить родине можно не только работая в правоохранительных органах, либо в военизированной системе, но и занимаясь строительством. Как мы.
— То есть вы довольны тем, что два года назад рискнули кардинально сменить сферу деятельности?
— Да, абсолютно.
Почему бы нет? Я в свои 35 лет дошел до такой должности. Другие работают много лет в этой сфере, чтобы достичь этого уровня.
— Когда вы были вице-мэром, вы ассоциировались у людей с «бульдозер-разрушителем» и вмиг стали одним из узнаваемых чиновников в Кыргызстане. Сейчас ваш пыл немного приутих. С чем это связано? Вас вогнали в какие-то рамки?
— Нет, дело не в этом.
В мэрии мы с командой пытались сделать то, чего не было. Мы шли по такому принципу: «Чтобы построить новое, нужно убрать старое». Это всем известная фраза. И она довольно знаменитая и действенная. Что было на наших улицах, честно говоря? Давайте вспомним. Можем взять любое видео, либо фотографии, которых у нас полно в интернете и посмотреть, что творилось на тот момент на наших улицах, какие у нас были пристройки, фасады, тротуары. Я взял на себя такую ответственность и решил, что буду все чистить. И это нам действительно удалось.
Почему я притих? Во-первых, в Госстрое другая аура. Во-вторых, здесь нужно заниматься не точечной работой, а политикой.
Очистка центральных улиц от рекламных щитов проводится по всей республике. Когда вы будете заезжать в Чолпон-Ату, обратите внимание, что практически на территории всей Иссык-Кульской области нет ни одного рекламного щита. Мне сейчас нет необходимости лично выезжать на демонтаж каждого рекламного щита и там показывать себя.
Если бы я раньше знал, какие были полномочия у Госстроя во время работы вице-мэром, то я бы точно ими воспользовался. И уж поверьте мне на слово, оказывается полномочий у Госстроя очень много. К примеру, сотрудники Госстроя могут исследовать и давать заключения о безопасности того или иного объекта.
На данный момент работы у меня стало намного больше, чем было в мэрии.
— Есть ли у вас личная охрана и боялись ли вы за свою жизнь? Снося здания и объекты, вы скорее всего наживали себе врагов как среди предпринимателей, так и довольно влиятельных людей в своих кругах людей.
— Охраны у меня нет и не было. Я сам могу за себя постоять.
Я всегда стараюсь жить по соображениям совести. Я думаю, если я справедливо поступаю, то люди тоже это поймут. А что касается угроз и шантажа, то это законы жизни. Угрозы и шантаж должны быть, если их нет, то жизнь станет неинтересной.
— Вам угрожали больше, когда вы были следователем, или когда вы заняли такие посты, как вице-мэр или глава Госстроя?
— Больше, наверное, когда был следователем. Вы сами знаете, что всегда есть две стороны: победитель и проигравший.
Проигравшая сторона всегда недовольна, начинает всячески угрожать.
Я думаю, что это вполне нормально, а переживать и раздувать проблему из этого просто нет смысла. Я так считаю.
Сносить или строить?
— Вы часто в своих высказываниях говорите такие фразы как «Мы строили, строим и будем строить» или «Мы сносили, сносим и будем сносить». Что же вам больше нравится, строить или сносить?
— Честно, скажу, что в последнее время, когда вижу новые построенные объекты, то появляется желание строить еще больше. Когда строишь новый объект, это подобно произведению искусства. Чтобы возвести здание, требуется немало сил и средств, но когда смотришь на радость в глазах людей от нового объекта, то это самое приятное чувство, оказывается.
Но по части экшена могу сказать, что разрушать — это всегда красиво. Не то, чтобы мне по кайфу от того, что работает экскаватор, но это чисто экшен.
— Радость в глазах людей, да, они видят новые здания. Но ведь еще есть и грусть в глазах людей, чьи здания вы разрушили...
— За долгое время работы в правоохранительной системе, принимать такие взгляды я научился. Это тоже искусство.
Трудоустройство «по связям»
— Как часто к вам обращаются с просьбами устроить того или иного родственника/друга/коллегу на работу? Помогаете ли вы им?
— Это больная тема. У нас такой менталитет, когда каждый пытается найти выход для того, чтобы устроиться на ту или иную работу, а также чтобы решить с помощью связей какие-либо свои проблемы.
У меня есть всего два друга. Один переехал в США, другой работает в милиции. Оба ни разу ко мне не обращались с подобными просьбами. Никогда ко мне не подходили, не обращались. Они живут своей жизнью. С ними мы смогли достичь такого уровня дружбы, что не смотрим друг на друга по социальному положению.
У меня тоже в жизни бывали такие сложные моменты, когда я впадал в депрессию. Для мужчин это очень тяжело, оказывается. Эти два друга были единственными, кто помог мне из нее выйти.
Их я знаю около 15 лет. Мы с ними познакомились, когда учились еще в Волгоградской Академии МВД. Один из них бывший сотрудник милиции. Мы с ними вместе жили в одной комнате, делили последний курсантский хлеб. Для меня они больше, чем просто друзья. Я стараюсь хранить в памяти те моменты, которые у нас с ними были. Пользуясь случаем, хочу просто им передать привет...
— А что касается родственников?
— Я недавно поменял номера, и родственники мои их не знают. Мой номер знает только мой отец. Я даже могу показать свой телефон.
У меня есть двоюродный брат, который живет в Нарынской области. Он меня, честно говоря, скоро домой не впустит. Знаете почему? Потому что я не помогаю ему с решением его просьбы по устройству на работу. Он не просит на какую-либо руководящую должность его устроить, а куда-нибудь чернорабочим. Я ему отказал. Это мой двоюродной брат, с которым мы вместе выросли. Он живет в селе.
— А почему, вы не хотите помогать?
— Я считаю, что каждый человек должен добиваться всего сам, а помогать нужно только в крайнем случае.
Вот, к примеру, я в 2014-2015 годах остался без работы. И такие моменты в моей жизни были. В это время я начал работать в такси, и это нормально. Помните, были «Рекорд Такси» и «СМС Такси»? Вот там я и работал. У меня тогда была праворукая машина Subaru, на которой я и таксовал. Хорошая машина. На ней я зарабатывал себе на жизнь.
Были моменты, когда я работал укладчиком кафеля. Я это умею. Для меня было в радость работать на любой работе.
Про мужскую депрессию
— Вы упомянули мужскую депрессию. Как часто вы впадаете в такое состояние?
— Один раз такое было за всю мою жизнь — в 2014 году, когда я остался без работы. Тогда я работал следователем в Сокулукском РОВД. После того, как я потерял работу, уехал в Россию и работал в сфере оказания услуг, в такси работал, в магазине работал. Можно сказать, что там я просто выживал.
Через полгода я вернулся в Кыргызстан. Попытался устроиться обратно в органы милиции, больше полугода мне пришлось бегать и ждать очереди. За это время я впал в сильную депрессию. Я просто перестал выходить из комнаты. Я начинал ломать себя изнутри. Депрессия — это очень серьезная и тяжелая вещь, оказывается. Было очень тяжело. Но я, конечно, пытаюсь больше в депрессию не впадать. Сейчас у меня таких поводов нет.
Я благодарен Всевышнему за то, что у меня был такой момент в жизни. Тогда я понял, что нужно быть в первую очередь человеком.
Я открыто скажу, до 2014 года я был совсем другим человеком. Был молодым, грубым, не хорошим, можно сказать. И бог спустил меня до самого дна и обратно дал возможность подняться.
Все хорошо сейчас. Слава Богу, у меня есть семья, дети, родители, сестренки. Все прекрасно.
— Реально ли среди членов кабмина найти друга, единомышленника, или вы общаетесь только о политике?
— Честно говоря, я даже не думал о том, чтобы завести какие-либо близкие дружеские отношения с членами кабмина.
Здесь уже больше партнерские отношения, так как нужно делать ставку на уровень выше, чем просто друзья.
— Благодаря вашему Инстаграму, мы узнали, что вы владеете кулинарными способностями. Как часто вы готовите?
— Слушайте, я вам честно скажу, я очень люблю готовить.
Я очень хорошо готовлю плов, бешбармак, дымдаму люблю готовить и куурдак, чисто мужские блюда. Кстати, шашлык неплохо готовлю. Я могу даже лук порезать таким образом, то что даже моя супруга не сможет так мелко лук нашинковать.
Я стараюсь помогать супруге. Для меня не тяжело после еды помыть посуду, пропылесосить квартиру, постирать. Для меня это не дикость, а, наоборот, полезное времяпровождение. Ну, раз уж чем-то полезным для себя не занимаешься, надо заниматься полезным для дома.
Уборка, готовка, стирка — это не только женская работа. Считаю, что семейные дела должны делаться и решаться вместе. Это очень сближает.
Почему бы нам не представить себя как нацию, которая ценит семью? Как нацию, которая ставит семейные ценности выше, чем другие мужские ценности, сугубо личные?
Вот, к примеру, если не будет женского пола, что мы будем делать? Мы перестанем кушать? Нет, мы начнем готовить...
Во второй части интервью Нурдан Орунтаев рассказал Tazabek о коррупции в Госстрое, аннулированных лицензиях, о строительстве города Асман, о долгостроях и многом другом
Про строительство
— Госстрой в середине декабря 2023 года опубликовал список жилых комплексов в Бишкеке, в которых не советовал приобретать квартиры из-за отсутствия разрешительных документов. Расскажите, какие работы проводятся по легализации этих домов. Сколько стройкомпаний намерены легализовать свои объекты в ближайшее время?
— Таких объектов более сотни — от трехэтажных до высотных домов, а также в этом списке есть и жилые комплексы. Мы проводим работы и стараемся, чтобы наши граждане не попадали в неудобную ситуацию, когда будут приобретать жилье в этих домах.
Некоторые компании уже начали работу по легализации. Ряд компаний на добровольной основе пошли на встречу. Это не однодневная и не месячная работа, нужно время. Мы стараемся ежедневно выявлять такие объекты, чтобы не было строительства без каких-либо разрешительных документов.
В отношении недобросовестных стройкомпаний, мы применяем такие меры как: приостановление строительства, выписка штрафов, направление дела в суд. Это все дает свои плоды, благодаря которым в стране прекращается строительство незаконных объектов.
— Нет ли коррупции при легализации? Могут ли компании договариваться отдельно с сотрудникам Госстроя?
— Нет. Этот вопрос под особым контролем у нас.
Мы готовы принять самые жесткие меры в отношении своих же сотрудников, вплоть до обращения в правоохранительные органы. Мы сразу говорим о том, что никого жалеть и прикрывать мы не собираемся. Мы будем сразу избавляться от сотрудников, которые окажутся замешанными в коррупции.
На данный момент я могу уверенно сказать, что коррупция полностью искоренена в части получения разрешительных документов при строительстве высотных домов.
— В списке 558 компаний, которых лишили лицензий, ГП «Кыргызстройсервис». Почему гензаказчика по особо важным и режимным гособъектам лишили лицензии? Расскажите подробнее про этот список. Будет ли он расширятся?
— Речь идет о 585 лицензиях, которые ранее были выданы стройкомпаниям как лицензии IV уровня. Сейчас мы аннулировали лицензии IV уровня, так как они не имеют права строить какие-либо объекты.
В этом списке оказались стройкомпании, которые сами не знали о том, что у них имеются лицензии четвертого уровня. Такие казусы мы выявили.
Очень много компаний получили лицензии на строительство, в том числе и компания «Акнет». Это интернет-провайдер, причем тут строительство? Я знаю очень хорошо деятельность «Акнет» и ни разу не видел, чтобы они занимались строительством.
Что касается «Кыргызстройсервис», то у них имеется лицензия второго уровня, ГП намерено повысить свой уровень до первого и сейчас уже начинает собирать все необходимые документы. Одновременно у них имелся и четвертый уровень лицензии, но никто из них об этом не знал. Думаю, что когда в 2000 годах переводили законодательство по части лицензирования, эти подпольные моменты как-то сохранились.
10 из 580 компаний уже оплатили соответствующие сборы и принесли соответствующие документы для того, чтобы получить лицензию третьего уровня. И, соответственно, госпошлины в размере 150 тыс. сомов автоматически начали поступать в бюджет.
Перепродажа лицензий
— Вы не раз говорили о том, что участились случаи перепродажи лицензий. Как сейчас обстоят дела?
— На данный момент мы проводим мониторинг по выявлению тех, кто занимается перепродажей лицензий. Если процесс выдачи лицензий превратится в одну из форм коррупционной деятельности, то будет нанесен ущерб надежности системы управления Госстроя и в целом государству.
— Вы ранее говорили о том, что порядка 5 тыс. лицензий на данный момент не работают, а позже сократили его до 558. Почему?
— Нет, здесь речи о сокращении не было. У нас есть специальный орган в сфере лицензирования, который занимается этим вопросом. В день комиссия рассматривает несколько вопросов и выявляет нарушения.
Да, Госстроем было выдано более 7,5 тыс. лицензий, из которых около 5 тыс. не работают. Мы направили запрос в Налоговую службу для того, чтобы узнать их отчетность. Если компания работает, то значит платит налоги. К примеру, если же компании последние три года ничего не платили, почему мы должны их держать? Пусть сдадут лицензию! Если хотят строить, то пусть приходят и опять получают лицензию. Будет такой жёсткий контроль.
Создание очередного госпредприятия
— Несмотря на то, что депутаты Жогорку Кенеша были недовольны тем, что создается новое госпредприятие, вы создали «Кыргыз курулуш». Какие ключевые проекты реализует ГП? Какие инновации и технологии применяет ГП?
— Самое главное, ГП «Кыргыз курулуш» занимается реконструкцией стадиона Долона Омурзакова и центрального стадиона города Каракол. На данный момент там работают более 200 человек. Все демонтажные работы полностью завершены, сейчас идет монтаж новых конструкций, забора, футбольное поле уже полностью засеяно, все подтрибунные помещения уже практически на стадии окончания ремонтных работ. Мы уже получили две партии новых сидений и со дня на день ждем поступления новых прожекторов. Там будут самые большое LED-экраны в республике. Мы усилили все несущие конструкции стадиона, изнутри провели все ремонтные работы по электричеству, водоснабжению, канализации, пробили новую скважину. Я с уверенностью могу сказать, что после окончания ремонтных работ, стадион будет стоять еще 15-20 лет. То есть будет нормальный полноценный стадион.
Что касается ГП «Кыргыз Курулуш», то оно работает по уже налаженной системе, когда компания является генеральным подрядчиком. Мы хотим уйти от бюрократии.
Дефицит стройматериалов и развитие регинов
— Как стимулировать строительство в регионах?
— Есть ряд сложностей. Население страны с каждым годом все больше и больше. Мы должны переходить на многоярусное строительство даже в селах. Без этого будет коллапс. Если не начать работать в этом направлении, то рано или поздно у нас не будет хватать мест для проживания.
Мы должны уйти от стереотипа, что каждый должен иметь свой двор и огород.
— Вы против частных домов?
— Я не против частных домов. Просто в сельской местности привыкли к тому, что дом должен стоять на 9-10 сотках плюс еще 50 соток огорода, еще плюс 3 гектара земли для пашни. Мы должны от этого уйти. Нужно строить этажные дома, а все удобства будут внутри дома.
В селах тоже поднимается вопрос строительства ипотечных домов, и в ближайшее время нам необходимо приступить к массовому строительству ипотечных домов, ведь это самая удобная форма приобретения своего жилого квадрата.
Наша госипотечная система – самая мягкая по требованиям. Об этом открыто надо сказать. У нас есть супер привилегия, когда любой человек может приобрести жилье на свой вкус. Надо отдать должное этой программе.
— На рынке наблюдается дефицит стройматериалов, например, цемента. Что делать с этой проблемой? Как Госстрой и стройкомпании справляются с этим?
— Да, действительно, в Чуйской, Иссык-Кульской, Нарынской, Таласской областях стало не хватать стройматериалов. Это говорит о том, что строительство в стране идет бешенными темпами.
Тоже самое производство было и 5 лет назад, но цены на стройматериалы были совсем другими. В те годы эти предприятия работали не на полную мощность, и этих объемов было достаточно. Это очень даже хорошо, но не хорошо в части нехватки цемента. Вопрос уже прорабатывается, и ожидается запуск новых цементных заводов. Кроме этого, ждем разрешения на поставку ряда стройматериалов из других стран.
В Казахстане один большой завод прекратил своё функционирование, и из-за этого наблюдается нехватка у нас. В южной части нашей страны с этим проблем нет, так как в Узбекистане имеется достаточно таких заводов.
Снос незаконных объектов
— Какие незаконные объекты будет сносить Госстрой в ближайшее время?
— Это секрет. Я не могу сейчас об этом говорить, чтобы не будоражить людей. Но могу сказать, что будет снесено много объектов в нескольких населённых пунктах.
У нас проблем хватает с незаконным строительством, в любом месте, любом районе. Мы ждём окончания лета для того, чтобы люди, которые пользуются этими незаконным объектами, заработали себе денежные средства на зиму.
— Заработали себе денег на зиму?
— У них было требование — поработать в сезон.
— То есть речь идет об объектах на Иссык-Куле?
— Да. Речь идет о парко-пляжных зонах. Мы с весны еще пытались начать работу в этом направлении, но люди попросили время на летний период оставить их в покое и осенью обещали сами уйти. Будем ждать теперь. Если уйдут, это хорошо, но если не уйдут, то будем убирать. В этом году мы собираемся практически полностью закрыть этот вопрос. На следующий год парко-пляжная зона должна цвести и блестеть.
— Как Госстрой следит за тем, чтобы строительные компании соблюдали лицензионные требования?
— В этой части мы только начали работать. Будет внесен ряд изменений в законодательство, согласно которому мы будем дальше усовершенствовать не только порядок выдачи лицензий, но и требования по надзору.
Хотел бы отметить, что в центральном аппарате Госстроя на данный момент работают 58 человек. В целом по стране — около 2000 человек.
— Часто приходится слышать, что на объекте что-то обвалилось. Кто должен отвечать за оплошности строителей?
— Бывают разные моменты. Это всё-таки производство, это строительство. И нужно понимать, что ничего не бывает идеальным, бывают и ошибки.
Если ошибки малозначительные, то ограничиваемся предупреждением, но если несущие за собой разрушение каких-либо элементов, то это уже штраф, вплоть до приостановления лицензии.
Кроме этого, необходимо смотреть на качество поставляемых материалов, профессионализм сотрудников, прорабов, инженеров и конструкторов. Надо смотреть более объективно и конструктивно.
Долгострой
— Долгострои — это большая проблема для всей страны. Сколько долгостроев сейчас есть в Кыргызстане?
— Долгостроев очень много. Это не только частные объекты, но и социальные.
Касательно социальных объектов, со стороны Госстроя и Кабинета министров проводится работа по уменьшению их числа.
К примеру, в прошлом году было порядка 300 долгостроев, а в этом году уже намного меньше. Удалось завершить строительство половины долгостроев. В ближайшие годы мы избавимся от всех долгостроев.
Обо всех новопостроенных и нововведенных домах вы итак хорошо осведомлены. Я всегда замечаю, что со стороны АКИpress тоже проводится мониторинг. В своих новостях вы обязательно отмечаете начало строительства того или иного объекта, а также дату его завершения. Это я очень хорошо замечаю. Я понимаю, что вы тоже проводите мониторинг, и это не стыдно для меня. Наоборот, мы должны гордиться тем, что нам удалось эти долгострои закрыть. Если даже 1 долгострой удастся завершить, то это уже победа.
Что касается долгостроев частных стройкомпаний, то там есть объекты, которые считаются долгостроем, но по факту, там люди живут много лет. Есть объекты, которые были начаты, но так и остались на уровне котлована. Есть долгострои, когда просто каркас поставили. По каждому объекту мы помогаем, чем только можем.
— Как вы планируете избежать новых долгостроев?
— В этом году была введена система уставного капитала для стройкомпаний. Любая строительная компания, которая начинает строительство, должна иметь уставной капитал. В качестве уставного капитала можно засчитать: денежные средства, недвижимость, автомобиль. Этот шаг необходим для того, чтобы в случае чего можно было выплатить компенсацию или же использовать эти средства для покрытия проекта строительства.
Строительные компании уже понимают, что необходимо показать уставной капитал. Но если они выведут эти деньги/имущество из уставного капитала, то их нужно будет лишить лицензии.
— Вот вы сказали, уставной капитал, он для всех одинаковый или для каждого объекта рассчитывается?
— Для каждого объекта имеется свой расчет. Все в зависимости от квадратуры объекта. К примеру, одноподъездный 9-этажный панельный дом составляет примерно 2,5 тыс. квадратных метров. Для такого объекта нужен уставной капитал в размере 25 млн сомов.
Уставной капитал стройкомпаний должен покрыть примерно 30-40% общей стоимости объекта. Но это начало. Мы в дальнейшем будем работать над тем, чтобы усовершенствовать эту систему. Она уже неплохо себя показала, но мы на этом тоже не останавливаемся и готовим ряд новшеств.
Если бизнесмен хочет начать заниматься строительством, то он должен иметь в виду то, что у него должны быть деньги. Деньги нужны на каждом этапе: для приобретения лицензии, проектирования объекта, для уставного капитала и на само строительство. На проектирование объекта тоже немалые деньги нужны, потому что в среднем рыночная стоимость составляет $7-8 за квадратный метр.
Введение зарубежных СниПов
— В каких регионах страны уже строятся объекты с использованием зарубежных СниПов? И какие компании и из каких стран их строят?
— Зачастую к нам обращаются компании из Китайской Народной Республики. При возведении особо сложных объектов, как ГЭС, теплоэлектростанции и при возведении объектов по промышленным назначениям.
Надо дать им возможность привезти в Кыргызстан новую технологию и современную технику. Ведь все уже придумано до нас, и Китай является супердержавой, у которой имеются научно-обоснованные технологии и разные виды строительства. Мы должны дать возможность их инвесторам строить по своим технологиям в Кыргызстане, и нас пусть научат.
Мы готовы дать возможность предпринимателям строить по нормам Китая, Южной Кореи, Японии, США, России и Великобритании. Это те страны, которые уже в космос людей запускают, а мы еще не вышли из одноэтажного дома.
Я благодарен компаниям за то, что они начали строить по своим технологиям. Мы готовы помогать и при этом сопровождать их до окончательного ввода в эксплуатацию. На данный момент мы дали разрешение на строительство по зарубежным СниПам 3-4 компаниям. Это было неделю назад.
Я не понимаю, зачем придумывать проблемы. Надо идти по-простому пути. Таким методом пользовались сами же китайцы в 90-е годы. Они все хорошие технологии привозили в Китай, строили, потом делали нормативы. Эти нормативы уже прошли через сито. Мы это должны просто скопировать и у нас применять. Это самый простой путь.
Наши нормы довольно отсталые, оставшиеся еще с советских времен. Когда иностранные компании видят наши нормы, то они чуть ли не в шок впадают. Почему? Потому что они понимают, что мы отстали от требований реального времени на 50 лет, грубо говоря. Если бы мы были супердержавой с населением в 70 млн человек, мы тогда могли бы диктовать свои нормы.
Мы отстали, реально отстали. Нам приходится сейчас менять практически все нормы СНиПы, так как их не меняли с 70-х годов. А мы как мы это делаем? Мы берем опыт соседних республик, которые уже ушли вперед, копируем, переводим и ставим у нас.
— Вы считаете, что у нас самые отсталые СНиПы?
— Да.
Мы в этом плане отстали практически от всего мира. Мы в 70-х годах застряли. И, слава богу, нам удалось сейчас с мертвой точки сдвинутся. Нам уже удалось, из используемых 50 СНиПов поменять более половины. Работа идет и проектирование уже вышло на новый уровень.
— Проводит ли Госстрой виброиспытания зданий?
— Да, проводим. У нас есть стенды. Мы их починили, нам удалось полностью возобновить все стенды. Для проведения испытания необходимы большие деньги, и это очень сложный процесс.
Во многих странах все эти испытания проводятся в компьютерном режиме, то есть по конструктивной части есть целые программы для этого, и ошибки в них практически нулевые. Этими программами мы тоже пользуемся при проведении экспертизы, при конструктировании.
Нужно переходить на цифровизацию в сфере строительства. Да, это может показаться безумным, когда полностью необходимо довериться компьютеру, но ведь раньше нам и во сне не снилось, что когда-то начнем разговаривать по видеосвязи. Мы должны довериться искусственному интеллекту.
— То есть вы считаете, что вибромашины это уже прошлый век?
— Да, вибромашины должны остаться в прошлом, они пришли с советских времен. Сейчас уже разработаны программы, с помощью которых можно определить сейсмостойкость зданий.
Искусственный интеллект на данный момент повсеместно используется. Проектирование и проведение экспертизы проходит полностью в электронном виде на 99%. Все документации на проведение экспертизы у нас полностью электронные.
Если есть компании, которые готовы испытать свои дома искусственным землетрясением, то мы с удовольствием все сделаем. Но необходимо учитывать то, что ехать и испытывать каждый дом по отдельности смысла нет. Надо довериться, так как в Кыргызской Республике требования по части строительства одни из самых высоких. Это подтверждают наши зарубежные партнеры. Этим мы можем похвастаться.
В народе есть такое понятие, что чем тяжелее дом, тем он крепче. На самом деле, все наоборот, чем легче дом, тем он безопаснее.
Мы запретили использование тяжелых кирпичей, жженого кирпича при строительстве объектов свыше пяти этажей. Уже сверху должны идти газоблоки, либо газосиликатные заполнения. Да, на них ты телевизор не повисишь, но здание само легче и безопаснее. Любой конструктор, любой понимающий в этом деле человек подтвердит эти слова.
— По такому типу построили госипотечной дом, который стоит на месте бывшей колонии?
— На месте бывшей колонии там строится госипотечный дом по туннельной системе. Это уже более, так скажем, тяжелая версия. При этом дом практически полностью монолитный, то есть там нет элементов, которые могут упасть на человека.
Это не «карточные домики», это туннельные дома, там целые опалубки ставятся и заливаются бетоном. Крепче этих домов уже нет. Этот дом может выдержать и удар танка.
Про город будущего
— Город «Асман»: как продвигается его реализация?
— В «Асман», честно говоря, никто не верит, но это вполне реальный проект. Там земельный участок уже готов, сейчас решается вопрос инженерно-технического обеспечения. Проект детальной планировки практически разработан. Город Асман рано или поздно будет. И это не просто вымысел, это реальный проект. Земля стоит. И на данный момент проводятся работы по привлечению инвесторов.
Если там начнется строительство одного здания, то запустится цепная реакция. Потом мы не сможем остановить ее.
Со времен распада Советского союза у нас не появлялись новые населенные пункты, за исключением сёл. Я тоже хочу, чтобы при мне появились хоть какие-то здания. Для меня это тоже будет достижением.
Говоря о строительстве могу отметить, что объемы строительства в прошлом году, согласно данным Национального статистического комитета, были превышены самых высоких показателей советского периода. В советский период самый высокий показатель был в 1990 году, когда ввели в эксплуатацию около 1,5 млн квадратных метров, а в прошлом году на территории Кыргызской Республики было введено эксплуатацию около 1,6 млн квадратных метров. Мы превзошли сами себя.
Коррупция в Госстрое
— Какие случаи коррупции в Госстрое были выявлены в последнее время? И как наказали виновных?
— За руки мы никого не ловили, но доходили слухи, что некоторые сотрудники получали денежные средства. Мы ряд сотрудников уволили не только из Госстроя, но и из подведомственного управления.
Когда были приняты незаконные решения в части архитектурно-технического совета, то мы несколько архитекторов сняли с занимаемой должности. Это архитекторы Аламединского района и Жалал-Абадской области. Позже было решено отдавать такие должности более молодому поколению, у которых взгляд на жизнь совсем другой.
На данный момент департаменты архитектуры уже проснулись и работают в новом темпе. Есть ГПИ — проектный институт. В свое время этот институт практически превратился в получастную лавочку. И, исходя из этого, мы там навели порядок. Я уважаю возраст, но именно там было много сотрудников пожилого возраста, их мы их проводили на пенсию. Сейчас 90% сотрудников этого института это молодые ребята.
— Расскажите про Ваши личные планы как руководителя ведомства
— Полная модернизация Госстроя, реформа. Да, конечно, есть свои сложности и нюансы, которые нужно будет преодолеть. В целом, я уверен, что мы идем по правильному пути. Мы должны в такой переломный момент не сидеть и заниматься бюрократией, а заниматься реальными делами и постараться все систематизировать.
Как руководителю Госстроя, мне хочется остаться в истории как реформатор, а не как рядовой руководитель. Об этом я мечтаю.
До конца года еще ни раз мы проведем реформу в Госстрое. Будем добиваться того, чтобы наша маленькая страна только развивалась, и каждому бизнесмену, инвестору было приятно здесь находиться.
Когда у нас будет сильная экономика, сильное строительство, сильные люди и сильная нация, мы осуществим свою мечту, мечту возвышенности и равенства с другими государствами и будем идти с гордо поднятой головой.
Мы не должны останавливаться, должны продолжать развиваться. Нынешняя политика руководства страны является самой правильной. Я, как представитель молодого поколения, вижу сильное плечо государства, поддержку со стороны государства. Если мы будем идти рука об руку, то мы всего добьемся!
За последними событиями следите в Телеграм-канале @tazabek_official
По сообщению сайта Tazabek